Баламут с большой дороги

— Ну, что, платить будем? — деловито осведомился сержант, лениво очерчивая сапогами неровную дугу в грязном снеге вокруг  машины.
— За что?
— Если найду, за что, дороже получится! — многообещающе сообщил инспектор и ухмыльнулся своей заезженной до тошноты шутке.
Лёша пожал плечами, по профессиональной привычке держась совершенно спокойно с представителем клана главных врагов любого водителя.
— Да вроде не за что, командир! Скорость я не превышал, сплошную не пересекал, а светофор вы тут забыли повесить, чтобы я на красный мог проехать! С машиной тоже всё в порядке…
— Что ж, проверим, — слегка раздражённый непонятливостью потенциального «данника», известил сержант. — Капот откройте!
Почти десятиминутное пристрастное изучение технического состояния лёшиного автомобиля, к вящему изумлению и неприкрытому разочарованию инспектора, не дало никаких результатов. Многочасовые упорные копания со стареньким «Фольксвагеном» не прошли даром. Машина находилась в идеальном состоянии…
— Ну, хорошо, — прошипел инспектор, едва сдерживая гнев, —  а теперь, давай, на «Це-О» проверим!
Лёша хотел, было, сообщить, что у него дизель, но вовремя прикусил язык. Что ж, если нацепивший погоны отставной колхозник не понял этого по звуку мотора, не разглядел «вживую» и не заметил в документах, это его проблема…
Лёша был за рулём далеко не первый год, на хлеб этим зарабатывал, и, будь под ним сейчас его «КамАЗ» с длинной голубой фурой, на котором он исколесил уже полстраны, инспектор давным-давно уже получил бы «причитающиеся» ему рубли, и забыл об очередном дальнобойщике, как забыл бы о неприятном, но мелком и весьма часто встречающемся событии сам Лёшка. Но сейчас он ехал на своей машине, по дороге, на которую дальнобойщиков под пистолетом не загонишь, отчего инспектор, явно не избалованный лёгкой добычей ввиду крайней немногочисленности проезжавших по его участку машин, и был так придирчив и внимателен. Он понимал – не удастся стрясти хоть немного денег с этого водителя, следующего ждать придётся долго…
«На кой чёрт вообще здесь пост сделали?» — недоумевал Лёша, заводя двигатель, в то время, как сержант прилаживал датчик газоанализатора в выхлопной трубе и крутил ручки настройки.
Стрелка прибора упорно не желала покидать нулевую отметку.
Инспектор азартно приказывал то газовать, то сбрасывать обороты, то вновь давить на педаль, однако все его усилия были напрасны…
— Вась, кажись, прибор испортился! — озадаченно сообщил инспектор напарнику, — вообще ничего не кажет!
Второй гаишник, молодой парень, до сей поры не принимавший участия в дуэли, нехотя подошёл, склонился над багажником патрульной машины, со знанием дела пощёлкал тумблерами, и, не добившись успеха, вдруг резко ударил громадным кулачищем по облезлому корпусу допотопного газоанализатора. Но даже столь эффективный способ настройки электроники не заставил прибор изменить показания – словно опытный уголовник на допросе, он упрямо шёл в «глухую несознанку».
— Да, Петрович, что-то того… не работает!
— Бесполезно, мужики! — вмешался, наконец, Лёшка. — Ничего не покажет, у меня ведь машина на водороде работает. Так что, из трубы, кроме пара, ничего не вылетает!
— Как это?! — хором изумились гаишники, а старший, напрягши память, с трудом припомнил: — Это же газ, для него специальное оборудование нужно!
Наморщив лоб, через минуту он вновь проявил чудеса эрудиции:
— Водород ведь сжижать нужно, охлаждать или сжимать, а потом  - в баллоны! А где у тебя баллон, что-то я не заметил?
На всякий случай сержант ещё раз заглянул во всё ещё не закрытый багажник, не столь давно тщательнейшим образом им изученный.
— Да я прямо жидкий гоню, — пряча улыбку, сообщил Лёша. — Его прямо в бак можно заливать, вместо бензина. И никакого оборудования не нужно!
— Как гонишь?! — на сей раз изумление гаишников вообще трудно было представить. — Сам?!
— Ну, да, в гараже. Где же мне его ещё брать!
— А из чего? — практично поинтересовался более доверчивый сержант, в то время, как напарник ещё «переваривал» необычную информацию.
— Из воды, конечно! — охотно поделился секретом Лёша. — Вы что, в школе не учились? Про «Аш-два-О» не слыхали?
Про «Аш-два-О» слышали, конечно, даже доблестные сотрудники ДПС из захолустного Кругличска. Забыв про былую обиду на несостоявшегося «спонсора», они принялись с неподдельным интересом выведывать у Лёши секреты производства и расспрашивать об особенностях использования альтернативного топлива, и тот, с большим трудом сдерживаясь от смеха, охотно рассказал им всё в малейших подробностях.
— Установку для электролиза один умелец с моторного завода изготавливает. Я за неё пять тысяч платил, не знаю, сколько сейчас он просит. Но это очень быстро окупается! Она киловатт пять или шесть потребляет, а за час больше трёх литров выходит! Вот и считайте, литр примерно в три-пятьдесят обходится, а бензин — Лёша махнул рукой в сторону яркого прайс-щита возле АЗС, — уже к двадцати подбирается!
— Что же, возле неё почти целый день сидеть нужно, чтобы одну канистру нагнать? — слегка разочарованно протянул сержант. — За это время даже у нас здесь заработать можно больше, чем сэкономить!
И он многозначительно махнул своей полосатой палкой в сторону безлюдной дороги.
— Зачем сидеть! — пояснил вошедший в раж Лёша. — Это же не самогонный аппарат! Включил, и иди домой. Только тару нужно повместительнее поставить, чтобы не перетекло.
— А в мотоцикл его можно? — весьма заинтересованно спросил Васька, по-видимому, за свою недолгую службу ещё не успевший собрать с проезжающих «взносы» на машину.
— Разумеется! — поспешил обрадовать его Лёша. — Мотор, он и в Африке мотор!
Расхожая фраза возымела своё действие. Гаишники загадочно переглянулись, и Петрович, слегка неуверенно, словно не он совсем недавно глядел на Лёшу с таким невероятным превосходством, словно снисходил до беседы с жалким лесным муравьём, попросил:
— Слышь… Может, дашь телефончик этого, который тебе аппарат сварганил? Мы с Васькой тоже на водород перешли бы!
— Какой разговор, мужики! Конечно, дам!
Лёша пощёлкал кнопками мобильника и проговорил:
— Вот, записывайте: девять-два-один-три-три-три-четыре-четыре-пять-пять. Фрейд Зигмунд Иванович. Он мне ещё спасибо потом скажет, что новых клиентов подогнал!
— Зик-мунт…— диктуя себе вслух, старательно записал в блокнот Петрович. — Еврей, что ли? А почему, тогда, Иванович?
— Ну, это у его дедушки надо спросить, — пожал плечами Лёша. — Мужики, вот что: у меня есть с собой немного водорода, хотите, отдам? Мне не жалко, я себе ещё нагоню!
Профессиональная привычка брать всё, что предлагают, неизменно сработала, и Петрович едва ли не выхватил из лёшиных рук небольшую пластмассовую канистру, извлечённую им из багажника. Отвернув пробку, он осторожно понюхал содержимое и недоверчиво произнёс:
— Ничем не пахнет. Будто вода.
— Конечно, не пахнет! — развеял его сомнения Лёша. — А чем водород должен пахнуть, по-вашему? К тому же, здесь у меня самый лучший, двойной очистки, озонированный!
— Слушай, только перелить не во что, — сообщил Петрович.
— Так прямо в бак сольём! — предложил Лёша, — у меня шланг есть!
— Не-е… — возразил Петрович. — Я лучше дома, в свою….
Прижимистый сержант явно не испытывал желания делиться с государством своей добычей.
— Ладно, берите с канистрой! — великодушно предложил Лёша. — Она мне пока не нужна! — Вы когда в следующий раз дежурите? Я обратно поеду, и заберу.
— В воскресенье! — услужливо подсказал Васька, преданно заглядывая в глаза благодетелю. Он уже мысленно посчитал, вспомнив ещё не до конца выветрившуюся из головы со школьных времён арифметику, сколько можно заработать, продавая водород соседям рубля на три дешевле бензина, если производить его по двадцать четыре часа в сутки. А если удастся договориться с электриком Юркой, бывшим одноклассником, и подключить установку в обход счётчика…
Гаишники распрощались с Лёшей, словно с лучшим другом…



— С ума сошёл! — испуганно выговорила Ася, терпеливо дожидавшаяся конца затянувшегося разговора, едва машина тронулась с места. — Ну, разыграл ты их, но зачем было воду подсовывать? Они же обязательно поймают на обратном пути, всё тебе припомнят!
— А для чего, по-твоему, я спросил, когда у них следующая смена? — довольно рассмеялся Лёша. — Поедем назад не в воскресенье, а в понедельник с утра.

* * *

Запоздало заметив мрачно пасущегося на обочине инспектора, водитель серебристой «Хонды» резко сбавил скорость, хотя прекрасно понимал, что делать это уже поздно. Однако, к его несказанному удивлению, сержант даже не сделал попытки взмахнуть вяло висящим на локте жезлом, несмотря на столь очевидное нарушение, что даже самый нахальный из водителей не стал бы оспаривать свою вину.
Не спавший почти сутки, небритый, замёрзший, голодный и злой Петрович мерил нескончаемыми шагами обочину, с вожделением высматривая один-единственный автомобиль, который был ему сегодня нужен, не удостаивая вниманием весело летящие по начинающемуся сразу за знаком «60» идеально ровному, словно на Западе, и прямому участку – единственному на третьестепенной трассе, «Жигули», «Мерседесы», ставшие уже довольно редкими «Запорожцы» и даже невесть, как очутившийся на захолустной дороге районного значения сверкающий перламутровый «Кадиллак», шедший со скоростью минимум, в два раза большей, чем на знаке.
Воскресная смена давным-давно закончилась, но раздираемый жаждой мести сержант упрямо не покидал свой пост, мечтая лишь об одном – чтобы люто ненавидимый им насмешник не проехал раньше, ещё до начала дежурства.
Наконец, молитвы старого дорожного охотника были услышаны тем, к кому возносились, и на исходе двадцать пятого часа, проведённого в засаде, он увидел вожделенный объект своего ожидания.
Шарахнув жезлом по крыше патрульной машины, где, съёжившись от холода, дремал измученный Васька, Петрович кинулся наперерез «Фольксвагену», отчаянно размахивая своей полосатой палкой и полоша заливистым свистом всю живность в окрестных перелесках.
— Ну, вот! — Ася вздрогнула и испуганно заморгала. — Я же предупреждала…
Быстро взяв себя в руки, Лёша выбрался из машины.
— Привет старым знакомым! — широко улыбаясь. Проговорил он. — А вы, что, вторую смену стоите? А, понимаю – людей не хватает, начальство заставляет сутками дежурить…
— Тебя дожидаемся, Менделеев, поблагодарить решили! — с сарказмом произнёс Петрович, в предвкушении сладостной мести забыв про усталость, мороз и голод. — Ну-ка, давай сюда документы! Сегодня ты у меня дальше штрафстоянки не уедешь!
— Да вы что, мужики? — Лёша изобразил на лице величайшее изумление. — Я к вам со всей душой, а вы…
— Вот и я тебя сейчас «со всей душой» без «прав» оставлю! — бушевал Петрович. — Года три тебе никакой водород не потребуется!
— Да что случилось-то?! — продолжал прикидываться непонимающим Лёша. — Объясните толком!
— Что случилось? А десять литров воды в бак при минус пятнадцати на улице – это ничего не случилось?!
— Какой воды?!
— Озонированной! — подсказал проснувшийся, наконец, Васька.
— Ах, вот, в чём дело! Слушай, а ты, прежде, чем водород в бак заливать, взбалтывал?
Сбитый с толку неожиданным вопросом Петрович отозвался не сразу:
— Нет… Взял воронку, и перелил.
— А заправлял на улице?
— На улице, где же ещё!
— Чёрт! — Лёша театрально хлопнул себя по лбу, изобразив досаду. — Мужики, простите меня, это я виноват! Забыл предупредить, что водород нельзя заливать, как обычный бензин, при свете, а то фотосинтез происходит, а при нём дейтерий с тритием образуются – ну, тяжёлый и сверхтяжёлый водород. Они, раз тяжёлые, почти сразу на дно бака опускаются, и забивают сетку в заборнике. А если не взболтать, водород с бензином плохо смешивается, образуется взвесь и катализ происходит…
Петрович, всё ещё с нескрываемым подозрением взглянул на Лёшу, однако Васька, окончивший среднюю школу лет на двадцать позже напарника, и ещё смутно помнящий мудрёные словечки «дейтерий», «тритий», «взвесь», «фотосинтез», «катализ», вдруг закивал головой, выражая, таким образом, полное «понимание» лёшиного заумного объяснения случившегося.
— Слышь, Петрович, на самом деле, зря ты не переболтал! — с умным видом изрёк он. — Вот у меня бабушка желудочные капли пила и рыбий жир. Так она обязательно, перед тем, как принять, пузырёк минут пять трясла. Так, может быть, зря ты на человека волну гонишь?
На самом деле Васька вовсе не был уже так уверен, что в подаренной Лёшей канистре была, всё же, не обыкновенная вода, однако жадный Петрович всё её содержимое до последней капли слил в бак своих «Жигулей», не оставив хотя бы нескольких литров для старенького васькиного «Восхода», и теперь парень вовсе не был так категорично настроен против Лёши, как напарник.
— Что, правда, так думаешь? — озадаченно переспросил Петрович, машинально возвращая Лёше документы. — Ты… это… ладно, езжай, тогда… Я сам виноват, выходит…
Уже сев за руль, Лёша высунулся из окна и озабоченно окликнул старого инспектора:
— Слушай… Я вот, что подумал… Ты знаешь, из чего водородные бомбы делают? Из тяжёлого водорода! Ты бы вызвал спасателей, пускай они осторожненько бак снимут, увезут куда-нибудь подальше, и нейтралитическую реакцию проделают. А то – мало ли, что… Шарахнет, от всего вашего Кругличска одни кирпичики останутся, а потом в лесу зайцы с двумя головами появятся…
Петрович побледнел, и в знак полного согласия отчаянно закивал головой, нащупывая озябшими руками в кармане телефон…
Лёша лихо рванул с места и успел разогнаться до «сотни» намного раньше, чем кончилась зона действия знака вместе с хорошим участком дороги.
Ася безудержно хохотала, отчётливо представляя себе, на какой машине приедут «спасатели» на сделанный Петровичем вызов…


Источник: проза.ру

Автор: Николай Орехов Курлович
Если материал Вам понравился, поделитесь, пожалуйста!

Похожее

Добавить комментарий

Оставить комментарий