Яным (окончание)

Возвращаясь, домой, Фазиль заглянул в сельский ларек и купил водку. Это была первая бутылка спиртного после случая с волчицей.

Прошло два года. Стая волков безжалостно резала овец. Грозные кавказские овчарки оказались бессильны перед хищниками. Каждый день чабаны на эйлагах не досчитывались трех-четырех ягнят, а то и взрослых особей. Однажды, после очередного набега на отару, Фазиль увидел, как волки, вытянувшись в цепочку, уходили в горы. Достать их из охотничьего ружья было невозможно. Слишком уж далеко находились «матерые». Их было семеро, волокущих за собой двух зарезанных овец. Даже значительное расстояние между волками и человеком не помешало следопыту обратить внимание на то, что впереди идущий вожак был намного крупнее остальных. Хищники применяли в своих набегах до гениальности простую хитрость. Они всякий раз действовали по одной и той же схеме. Двое из стаи выбегали к отаре. Затем неслись, что есть мочи, в лес или горы, увлекая за собой собак. Оставшись без защиты кавказских овчарок, безобидные овцы становились легкой добычей остальных хищников, во главе с вожаком. В тот год волки принесли немало бед селу. Впервые за много лет, вернувшиеся с летних пастбищ отары не увеличились в поголовье, а сократились. «Серые» разбойники бесчинствовали, становясь полновластными хозяевами окрестностей. Надо было что-то предпринимать, иначе хищники перережут всех овец. Уже были случаи, когда жители села сталкивались с хищниками на лесных или горных тропах. Правда ни разу волки не проявили агрессивность по отношению к человеку. Люди задавались вопросом: почему?

Наступила холодная зима. Заботливые сельчане, еще с лета, впрок запаслись сеном. С прокормом для скота можно было не беспокоиться. Волновало людей другое. Голодная волчья стая, с наступлением ночей, все ближе подбиралась к селу. Завывания хищников за околицей наполняли сердца холодом тревоги. Собаки заходились лаем, не давая жителям уснуть до утра. Но вдруг… волки неожиданно исчезли и люди облегченно вздохнули.


В середине февраля село накрыла метель. Ибрагим встал с постели напиться воды, когда услышал в хлеву невообразимый шум и блеяние овец. Он схватил ружье и выбежал во двор. Сторожевой пес Топлан был мертв. Бесчинствовали волки. Почуяв человека, «матерые» бросились наутек, выпрыгивая через отверстие в низкой крыше хлева. Ибрагим успел произвести два выстрела. Село проснулось. Прибежавшие соседи стали свидетелями страшной картины. Из двадцати овец целыми остались только восемь. Остальные - зарезаны или покалечены. У трехлетней коровы было порвано вымя. Во дворе лежал агонизирующий волк. Посочувствовав хозяину дома, люди поспешили проверить свою «живность». Пострадал от хищников только Ибрагим. Это было второе крупное несчастье, постигшее сельчанина. Он только летом закончил отстройку дома после пожара.

Утром к соседу зашел Фазиль. Все то, что произошло ночью, он не слышал. Потому и спал крепким сном. Ибрагим резал покалеченных овец, не дожидаясь их падежа. Поздоровавшись, следопыт покачал головой. Он посмотрел на околевшего волка, а затем увлекся следами хищников. Под навесом, у хлева, они еще сохранились. Да, это была все та же стая. Особенно Фазиль отметил для себя необыкновенно крупные отпечатки лап одного из волков. Вернувшись, домой, он проверил своих домашних животных. Все овцы были целы. Но возле сарая и под окнами дома отчетливо виднелись все те же отпечатки лап вожака. Фазиль призадумался.

Через день метель улеглась. А спустя два дня, в лунную ночь, волки пробрались в хлев старого Джамала. Утащив трехмесячного ягненка, стая, на удивление, не тронула остальных овец. И снова Фазиль нашел у себя во дворе следы ночного «гостя». Дерзкие набеги продолжались до середины марта. И каждый раз вожак успевал заглядывать во двор к следопыту. Это уже был вызов. За время своих бесчинств, волки потеряли двух членов стаи. А в первой декаде марта сельчане устроили облаву. В расставленные капканы угодили еще двое хищников. Где-то перед Новрузом, Фазиль отыскал волчью лежку. Подкравшись с подветренной стороны, охотник точным выстрелом уложил поджарую самку. В живых остался один вожак.


…Среди белого дня, в первых числах апреля, волк, не обращая внимания на собак, вошел в село. Дерзости «матерого» никто не ожидал. Его цель была - хлев Ибрагима. Опешивший от наглости хищника, хозяин дома выбежал во двор, позабыв ружье. Зарезав двух овец, волк медленно прошествовал мимо изумленного сельчанина, застывшего на месте от страха. Перейдя улицу, зверь заглянул в окно дома Фазиля. Глаза волка и охотника встретились. Понадобились секунды, прежде чем Фазиль понял, что происходит. Он схватил ружье и выбежал на порог. Вожак стоял перед ним в пятнадцати шагах. Охотник прицелился. Огромный волк не двигался. И вдруг Фазиль увидел в глазах хищника почти невыносимую человеческую тоску. Он дрогнул. Впервые охотник промахнулся. Вожак медленно повернулся и мелкой трусцой побежал за околицу. Он не обращал внимания на пришедшего в себя Ибрагима, успевшего добраться до ружья. Сосед глухонемого от волнения стрелял мимо. Но вот второй выстрел Фазиля достиг цели. Яным скрылся в зарослях леса. Это был он. Выбежавшие на выстрелы, сельчане слушали Ибрагима.

- Это был Яным, — кричал тот, — это Фазиль и его волк принесли нам столько несчастий.



Охотник «слушал по губам». Он усмехнулся. И это говорит человек, чью дочь спас зверь. Понятно, почему Яным затаил обиду на Ибрагима. Но, с другой стороны, от волчьей стаи пострадали и ни в чем неповинные люди.
«Эх, Яным. Что же ты, наделал?»
О том, что это был Яным, сельчане и так давно поняли. Иначе, как объяснить, что волки до сих пор не тронули овец охотника. Причем дом и ветхий хлев глухонемого стоял на самой окраине села, почти у самого леса.

- Он его снова отпустил, - распалялся Ибрагим, все больше настраивая сельчан против Фазиля.

Из толпы вышел старый Джамал. Он подошел к Ибрагиму и посмотрел тому в глаза.

- Ты обидел зверя. В ночь пожара Яным был больше человеком, чем ты, когда потребовал у Фазиля, пристрелить его. Настраивая людей против спасителя своей дочери и своей ненавистью, ты напомнил волку, что он волк! И вот чего ты добился, - аксакал, рукой показал на зарезанных овец - В народе говорят: «что посеешь, то и пожнешь!»

От услышанного Ибрагим, растерянно молчал. Пытаясь найти поддержку, он посмотрел на соседей, но люди, чувствуя и свою вину, отводили глаза в сторону.  И тогда он, низко опустив голову, как-то неуклюже зашагал к отстроенному после пожара дому.

- А тебе, сынок, - старик повернулся к Фазилю, чтобы тот видел движение его губ, - надо решать с Янымом. Волк теперь не остановиться, и как бы не случилось большей беды…

Тяжело опираясь на растрескавшийся тутовый посох, старик, переваливаясь, уходил по размытой дождями деревенской улице, не оглядываясь на соседей-односельчан.

Охотник вошел в дом. Через минуту он появился на пороге с подсумком-патронташем. Закинув за плечо ружье, глухонемой сделал шаг вперед. Люди расступились...


... Яным, истекая кровью, забирался в горы. Его неотступно преследовал Фазиль. После полученного ранения волк еще больше обозлился на людей. Он хотел выжить, чтобы мстить им. Там, наверху, на границе с вечными снегами, на черных скалах, растет целебный мох. Яным должен найти его. Тщательно пережевав горечь, он проглотит ее и влажным зеленым языком залижет рану. Потом ему надо найти место и отдохнуть до утра. К завтрашнему вечеру волк будет полностью здоров. Глупые люди, потеряв когда-то животный инстинкт, ничего не знают о целебности мха на черных скалах. Они сами себя оторвали от матери природы. Это они нарушают ее законы. Он, Яным, объявляет им войну. Но, прежде, ему надо оторваться от хозяина. Впрочем, какой он ему теперь хозяин, если  дважды пытался убить его?..

...Фазиль, продолжал карабкаться в горы. Он шел по следу. Но, разве для него это след? Охотник шел по кровавым отметинам на скалах. Он обязан настичь волка. Слишком далеко зашел Яным. Фазиль хорошо осознавал, что в этом есть и его вина. Нельзя было приносить волчонка в дом. Люди и волки не могут быть вместе. Одни - дети дикой природы, другие – добровольные изгои, отгородившиеся от этой природы завесой цивилизации...

...Уходя от преследования, Яным прошел по узкой тропинке над пропастью. Волк не знал, что за поворотом она обрывается. Накануне случился обвал. И даже хищник, а тем более, раненый, не способен был его преодолеть...

...Фазиль, прижимаясь к скалам, продвигался по самому краю пропасти. Все говорило о том, что он почти настиг волка. Капли крови под ногами еще не успели свернуться. Скоро должна наступить развязка. И она наступила...

...Яным тоскливо смотрел на острые камни обвала. Обескровленный зверь понимал – ему не пройти. Надо было возвращаться. Там, перед тропинкой над пропастью, был другой путь наверх. Волк не пошел по нему, пытаясь сократить дорогу к черным скалам, и вот теперь вынужден повернуть назад. Он и не подозревал, что человек так близко. Яным недооценил своего бывшего хозяина...

...Из-за неожиданности встречи с волком, Фазиль потерял равновесие и упал, безнадежно заскользив к краю пропасти. Охотник успел накинуть ремень от ружья на тонкий выступ остатка скалы. Яныму было достаточно мига, чтобы осознать произошедшее. Петля неумолимо сползала с острого выступа. Фазиль висел над пропастью, в которую в любую следующую секунду мог сорваться. Подтянуться не было сил. Сказался долгий подъем в горы. Он увидел, как волк бросился к нему и вцепился огромными клыками в кожаный ремень. Но и у Яныма не было, уже, сил. Слишком много потерял он крови. Слабеющие лапы скользили…


…Они так и летели в пропасть в одной связке – Яным и Фазиль. Человек и Волк, в котором было что-то человеческое!..


Источник: Онлайн журнал "Он и Она"

Автор: Аладдин Ягубов
Если материал Вам понравился, поделитесь, пожалуйста!

Добавить комментарий

Оставить комментарий