Поворот

Она ревела, уткнувшись лицом в мокрый песок, и не услышала, как он подошёл сзади и присел на корточки рядом.
— Ну, и что же за горе вас постигло? — сочувственно, но слегка иронично прозвучало в ушах, отчего девушка резко перевернулась и села, слегка испуганно глядя на незнакомца снизу вверх.
— Иди отсюда! Тоже мне, утешитель нашёлся!
— Утешитель? Хм, а почему бы нет! Похоже, всё равно больше некому тебя утешить. В такой час на всём берегу никого не сыщешь.
— Ну, и не надо! — она сердито утёрла слёзы, переставая реветь. — Без вас, как-нибудь…
— Ну, это ты совершенно напрасно. — Он бесцеремонно плюхнулся на песок совсем рядом, едва не коснувшись незнакомки плечом. — Ты расскажи, всё-таки, что случилось, может, помогу чем…

— «Что», «что»! — передразнила она. — Не видишь, что ли, я голая!
— Голая?! — он поднялся с песка, отступил на пару шагов и принялся демонстративно разглядывать девушку. — Вот как… А я и не заметил! Мне показалось, что в купальнике… В очень даже красивом. Французский?
— Итальянский, — машинально отозвалась девушка. — Какая разница! Что, мне так в посёлок идти?
— Понимаю! Ты кинулась в море на западном берегу Ла-Манша, обогнула Францию и Испанию с юга, заодно переплыла Средиземное море, миновала Босфор, и вот - совершенно одна на этом пустынном побережье, а все твои вещи остались за сотни миль, в далёком Альбионе… Конечно же, ты  немножко устала, чтобы плыть за ними назад…
—Хватит уже издеваться, — оборвала она, впрочем, уже не слишком сердито. — Лучше посоветуй, что мне теперь делать? Я купалась, а в это время кто-то утащил платье и босоножки, и сумку заодно.
— Да уж, ситуация… — незнакомец посерьезнел. — А что, далеко до посёлка?
— Километра два. Да какое это имеет значение!
— Ладно. Надевай мою рубашку, она длинная, вполне сойдёт за купальный халат. А я провожу тебя.

Девушка поднялась, недоверчиво накинула протянутую рубашку и тут же вновь скинула её.
— Нет. Лучше уж так.
— Это ещё почему?
— Терпеть не могу, когда мужики голые ноги разглядывают! Сейчас как раз все поднимаются, через полчаса все улицы будут забиты народом - на пляж потянутся. Не хватает ещё, чтобы я для них бесплатный стриптиз устраивала!
— Вот чудачка! — засмеялся он. — А в одном купальнике, получается, ног не видно?
— Когда женщина в купальнике, все смотрят на её фигуру, — терпеливо объяснила она. — Это вполне естественно, и ни капельки не стыдно. А если просто голые ноги слишком далеко торчат из-под короткого подола, у мужчин сразу же разыгрывается фантазия. Такое ощущение, словно они начинают заглядывать снизу вверх. Противно!
— Ну, ты психолог! — он восхищённо покачал головой. — Целую теорию раскатила! Ладно, чёрт с тобой. Надевай и джинсы.
Она с сомнением оглядела его поджарую фигуру.
— Не влезут. У меня бедра слишком широкие.
— Давай, давай, надевай! Если что, я тебе помогу.
— Вот ещё! — фыркнула она по-кошачьи. — Поможет он, и полапает заодно! Ладно, снимай. Попробую…
Джинсы оказались вполне впору. Подобрав с песка рубашку, девушка накинула её и завязала на животе большим неровным узлом.
— Нормально… Слушай, а как же ты?
— Я? Обыкновенно! У меня плавки хоть и не итальянские, но, по-моему, вполне приличные.
— И не боишься?
— Что разглядывать будут? Так мужики не станут, а если женщины - так это, с некоторой точки зрения, даже приятно. Я, вроде, не урод, что мне стесняться!
— Ладно, пошли, — девушка нерешительно шагнула в сторону холмов, где среди густой яркой зелени виднелись разноцветные домики провинциального приморского городка.
Они прошагали метров триста по песчаной глади, как вдруг он остановился, хлопнув себя по лбу старомодным театральным жестом.
— Ну, дурак! Как же я сразу не догадался… Постой-ка здесь, я скоро вернусь.
— Куда ты?
— Жди здесь, я сказал! — в его голосе появились строгие нотки. — Кажется, я знаю, кто стащил твои вещи!
Резко повернувшись на пятках, он быстро зашагал обратно, к морю.





Неподалёку от того места, где он встретил девушку, жарко полыхал разложенный почти возле самой воды костёр. Набегающие на берег лёгкие волны настойчиво старались лизнуть огонь, и всякий раз им не доставало каких-то полметра, чтобы расправиться со своим злейшим врагом.
— Эй! — окликнул он одного из небрежно развалившихся на песке парней, с минуту разглядывая компанию. — Иди-ка сюда!
— Сам подойдёшь, если нужно! — недружелюбно откликнулся тот, но всё же поднялся и неторопливо направился к незнакомцу.
— Вы вон там, на мысочке, ничего не находили, случайно?
— А ты что-то потерял, что ли? — развеселился долговязый парень. — А! Мы, как тебя увидали, сразу так и подумали - твои шмотки, чьи же ещё! Эй, пацаны, девка так и не пришла за вещичками, зато тут к нам гомик пожаловал, не хотите приколоться?
— Давай, тащи сюда, — негромко приказал незнакомец, оценивая взглядом приближающихся к нему противников. — Да побыстрее, некогда мне.
— Слыхали, пацаны? — вовсю веселился долговязый. — Торопится мужик, давайте пошустрее!

В этот момент он полетел на песок от короткого, почти без размаха, удара. Напоровшись коленкой на торчащий из песка острый обломок кирпича, парень остался сидеть шагах в трёх от незнакомца.
— А ну, назад все! — крикнул тот злобно насупившимся приятелям долговязого, и те, видя, что «предводитель» вовсе не собирается подниматься, нерешительно замерли.
— Серый, врежь ему, чтобы запомнил! — приказал долговязый. — Витёк, дай ему по балде, чтобы мозги повылетали!
Однако приятели не спешили ввязываться в драку, по единственному удару оценив силу противника.
Поняв, что схватка закончилась, едва начавшись, незнакомец приказал притихшему Витьку, самому молодому из троицы:
— Тащи, по-быстрому, что вы там, на мыске прихватили! Я же сказал: тороплюсь я сегодня!
— Козёл! — донеслось вслед, когда он с сумкой под мышкой, перекинутым через плечо лёгким платьем и босоножками в руке отправился прочь от притухшего костра, который какой-то отчаянной волне удалось, таки, лизнуть своим холодным языком. — В другой раз купайся где-нибудь подальше, а то - как бы чего не вышло!
— Ладно, — усмехнулся он. — В следующий раз совсем далеко буду!
И подумал про себя, что сказал истинную правду - вряд ли скоро придётся опять бывать в этих местах.
Девушка подбежала, когда он отшагал уже метров сорок от провожающего недобрым взглядом долговязого.
— Я же велел ждать! — недовольно произнёс он, передавая девушке вещи. — Зачем ты прибежала?
— Я и ждала. Но потом заволновалась за тебя и решила сюда бежать.

— Спасибо. Ты уж прости, что не дал тебе возможности за меня заступиться.
Она окинула взглядом берег.
— Ты, что, один всех троих?
— Троих? Их, что, всего трое было? — растерянно переспросил он, и вдруг остановился, оттого, что ноги внезапно обмякли и перестали слушаться, а впалые щёки против воли стали неприятно подёргиваться.
— Ты что?! — девушка испуганно схватила его за руку. — Пойдём отсюда! Пойдём, пойдём…
— Извини… — он с трудом справился с охватившей дрожью. — Всё уже. Прошло.
— Ты испугался? — спросила она, заботливо стирая пробежавшую по его лбу струйку пота.
— Пошли отсюда! — решительно приказал он, подхватывая девушку под руку. — Скорее! Теперь мне с ними уже не справиться!
К счастью, догонять их не решились.

Не доходя до посёлка, девушка переоделась, почему-то смущаясь делать это при своём спасителе, словно он не видел уже её без одежды, и тот деликатно отвернулся, пока она с трудом стаскивала узковатые джинсы и слишком просторную для неё рубашку.
Оставшись без надёжной оболочки, девушка вдруг почувствовала, что привычное и любимое платье стало почему-то неудобным, и поняла, каким родным всего лишь мгновение назад был для неё этот человек, задумчиво глядящий мимо неё в сторону шоссе.
Она попыталась стряхнуть с себя совершенно некстати налетевшее чувство отчуждённости, и проворковала нарочито непринуждённо:
— Слушай, а ведь мы с тобой ещё даже не познакомились! Я - Рита, Рита Ромашкина. Правда, смешная фамилия? А ты?
— Андрей Тропинин.

Андрей вздохнул, и Рита поняла, что его одолевают похожие мысли.
— Слушай, пошли, а? — Андрей снова взял её под локоть. — Мне, правда, некогда. До обеда надо успеть груз в порт сдать, а до него «пилить» ещё километров двести.
— Так ты на машине?
— На машине. А что?
— Ничего. Это хорошо. Я не знаю…
Рита вдруг подошла совсем близко, зажмурилась, и неловко, по-девчоночьи поцеловала Андрея в обветренную щёку.
— Спасибо тебе… — донеслось еле слышно.
— За что? Ерунда… — в некотором смущении от её внезапного порыва отозвался Андрей.
— За то, что оказался хорошим человеком…
Он осторожно обнял её, спрятав узенькую спину девушки в широких ладонях, ласково сдул упавшую на лоб густую каштановую прядь.
— Рита… Рита… — повторил он несколько раз одними губами. — Рита… Красиво!
— А ты можешь взять меня с собой? — внезапно спросила она, отступая на шаг, чтобы лучше заглянуть в его чистые зелёные глаза. — Мне всё равно, куда. Можешь?
— Могу. Я всё могу. Лягушка-путешественница…

— Ага… Знаешь, я ведь только вчера приехала. Комнаты не нашла, ни комнаты, ни просто местечка какого-нибудь, ничего. Оказывается, сюда каждый год одни и те же приезжают, и с хозяевами заранее договариваются. Тогда я решила: накупаюсь в море досыта, накуплю фруктов на базаре, наемся так, чтоб долго не захотелось больше, и - назад. А получилось, видишь, как… Я ведь почему ревела? Если бы домой, так не постеснялась просто так идти. Да здесь многие в одних купальниках по поселку ходят, никого этим не удивишь. Но ты представь себе: заявляется почти голая девушка на вокзал, сообщает, что у неё всё украли, и записка с шифром от камеры хранения в кармане осталась… Ты знаешь, я ведь никогда ещё не бывала у моря. Первый раз удалось, и вот - уже всё кончилось…
Рита ошибалась.

Впереди у неё был ещё целый бесконечно огромный день у моря - целый день, который Андрей научился по минуте, по полминуты, по крохотным частицам времени собирать на каждом километре долгого пути, и который был у него в запасе именно сейчас. Он так долго бесцельно тратил эти вырванные из-под слипающихся век налитыми тяжестью руками дни! И вот, наконец, нашелся человек, которому он смог его подарить, потому что тому этот счастливый день именно сейчас был очень, очень нужен…
А потом была долгая-долгая дорога домой, а с ней - чудесные воспоминания…
Уютно устроившись в глубоком пассажирском кресле огромного грузовика, Рита с почти недосягаемой высоты глядела на мелькающий за окном кабины пёстрый мир.

Она ещё не знала, что пройдет совсем немного дней, и она первая позвонит, и спросит, стараясь не смотреть в зеркало на свои пылающие густым румянцем щёки, спросит, не поздоровавшись, боясь, что через мгновение уже не сможет произнести эти слова:
— Ты веришь в любовь с первого взгляда?
И Андрей пока даже не догадывался, что, услышав это, не задумываясь, выдохнет в трубку:
— Верю…

И они оба пока не ведали, что тот поворот, за которым Андрей остановил свою машину, окажется не просто одним из бесчисленных поворотов нескончаемых трасс, и пролетит не так уж много времени, когда Рита подарит ему сразу двух замечательных белокурых дочурок… И жизнь, совсем недавно казавшаяся пустой и бестолковой, наполнится новым смыслом, ибо, уходя в очередной рейс,  ему станет, ради кого собирать  разбросанное по неровному асфальту далёких дорог время…
Источник: стихи.ру

Автор: Николай Орехов Курлович
Если материал Вам понравился, поделитесь, пожалуйста!

Похожее

Добавить комментарий

Оставить комментарий