Шарло

По узкой грязной улочке небольшого городка пробирался подвыпивший человек. Грязь и накрапывающий дождь не могли испортить ему настроение - он только что блестяще справился с первым серьезным поручением, данным ему городом. Он добился от королевских чиновников подтверждения права, дарованного городку сотню лет назад и упорно не признаваемого в последнее десятилетие - права взимать пошлину в пользу города с ярмарки, ежегодно проходящей на лугу за городскими воротами. Без ложной скромности можно сказать, что, если бы не его красноречие и юридические познания, дело тянулось бы до скончания веков. А теперь... Возвращаясь из королевского лагеря, разбитого по случаю военного похода неподалеку от города, молодой чиновник предвкушал благосклонность бургомистра и награду от магистратуры. И еще он предвкушал встречу с женой и блаженно улыбался при мысли о том, как он проскользнет в спальню, ласково обнимет ее и как она обрадуется его возвращению. Уже поднимаясь по лестнице в спальню, он успел удивиться тому, что жена зачем-то отпустила прислугу, и решил завтра же попенять ей за то, что она слишком снисходительна к этим бездельникам.

Все, что было дальше, показалось ему сном. В этом сне он увидел собственную спальню и какого-то мужчину, увлеченно пыхтящего над его женой... Как будто не просыпаясь, он медленно вытащил нож и всадил его в широкую спину мужчины. Затем - в грудь онемевшей от страха жены.

Шарло лежал в постели и изучал солнечный луч, который неведомым образом пролез сквозь шторы и осветил золотой подсвечник на камине. Шарло подумал, что день будет хорошим. Не только из-за солнца, но еще и потому, что отец в отъезде. Мальчик любил отца, но все же радовался его отлучкам просто потому, что в отсутствии отца воспитатели с молчаливого согласия матери давали Шарло некоторые послабления.

Вообще-то его звали Карл-Фридрих-Максимилиан, что было данью династической традиции. Отец предпочитал звать его Фрицем, а мать на французский манер ласково звала его Шарло и большая часть двора за глаза называла его "принц Шарло". Но этикет при дворе был строг и принц с самого детства вынужден был терпеть обращение "Ваше королевское высочество".


 



Строгость этикета объяснялась, отчасти, новизной королевского титула. Дед Шарло, которого все называли не иначе, как Старый Фриц, унаследовал от своего отца небольшое крепко сколоченное герцогство, а от матери - неуемное честолюбие. Он первым осознал, что географическое положение его государства, зажатого между морем и двумя вечно враждующими сильными соседями, таит в себе массу возможностей. Взойдя на престол, он начал любыми способами внушать своим опасным соседям, как важна для них независимость и нейтралитет его маленькой страны. Сколько денег было потрачено на посольства, на подарки королям, их женам и любовницам, на взятки министрам и советникам... Зато не прошло и десяти лет, как Старый Фриц добился небывалой дружелюбности со стороны своих опасных соседей, а заодно - гарантий своей безопасности. Тогда он смог приступить ко второй части своего плана. Еще во времена его прадеда несколько городов и крупных графств его страны добились фактической независимости, пользуясь слабостью герцогской власти. Старый Фриц вернул их - кого деньгами, кого хитростью, кого - угрозой силы. Впрочем, за все свое долгое правление силу он ни разу так и не применил. Не было у него склонности к битвам, хоть и поддерживал и армию и крепости в отменном состоянии.

А в начале последнего десятилетия своего правления Старый Фриц добился и вовсе невероятного. За все его заслуги сам Папа даровал ему и его потомкам королевский титул. Злые языки говорили, что немалая часть герцогской казны перекочевала в подвалы папского дворца, в карманы папских непотов и членов кардинальской коллегии. Но даже если и так, какое это теперь имеет значение?

Достигнув своей главной цели, Старый Фриц вдруг обнаружил, что кое-что в жизни он упустил. Ведь мало создать королевство - нужно еще и передать его достойному наследнику. Наследник был. Молодой Фриц был всеобщим любимцем. Веселый, красивый, общительный, он привлекал к себе сердца своих подданных, особенно женщин и солдат. Но, к сожалению, он был абсолютно туп во всем, что не касалось любви и войны...


Обнаружив это, Старый Фриц стал искать способ хоть немного исправить положение. Прежде всего, он решил найти сыну хорошую жену. И преуспел в этом, женив его на одной из представительниц знатного, но отнюдь не королевского рода. Многие гадали о причинах такого мезальянса, но Старый Фриц, часами беседовавший с невесткой, был уверен, что сделал правильный выбор. Да и Молодой Фриц уважал свою жену и даже любил ее, что не мешало ему бегать за каждой юбкой.
Кроме жены, Старый Фриц подобрал сыну хороших советников. Он выбрал несколько толковых молодых людей, позаботился об их образовании и приставил их к наследнику, наказав им после его смерти служить не королю, но королевству.


Наконец, Старый Фриц подобрал хороших воспитателей для своего внука, маленького Шарло. Малыш еще только учился ходить, а дед уже назначил ему воспитателя, лично составив программу обучения.


Создав королевство, обеспечив хорошую поддержку своему туповатому наследнику и позаботившись о воспитании внука, Старый Фриц отошел в мир иной с сознанием того, что выполнил в жизни все, ему предназначенное.


Молодой Фриц старательно следовал завету отца и не принимал никакого участия в управлении страной, доверив все королеве и советникам. Королева же прощала своему супругу все его похождения, и единственной причиной их разногласий было различие взглядов на воспитание сына.


Королева, боготворившего своего покойного свекра, тщательно придерживалась разработанной им для Шарло системы воспитания, целью которой было не только обучить мальчика всем необходимым наукам, но и научить его наблюдать, анализировать и делать выводы. Молодой Фриц же полагал, что подобное воспитание более подошло бы будущему епископу, а не королю, и пытался привить сыну любовь к оружию, маневрам и лагерной жизни. Бывая во дворце, король обычно чуть свет врывался к сыну, заполняя своей мощной фигурой всю спальню мальчика, вытаскивал принца из постели и, не давая ему времени как следует одеться ("настоящий солдат должен собираться быстро"), тащил Шарло за собой проверять караулы, осматривать новые ружья или просто без цели скакать по окрестностям. В такие дни воспитатели Шарло, чтобы угодить королю, усердствовали на уроках фехтования и верховой езды, но не забывали и о латыни, математике и географии. В результате Шарло к концу дня падал от усталости и очень завидовал деревенским мальчишкам, которые могли играть весь день и превосходно обходились безо всякого обучения. Дни, когда короля не было во дворце, проходили гораздо спокойнее, и Шарло любил их размеренное течение, неспешные застолья, игры со сверстниками, живущими при дворе, уроки и вечерние беседы с матерью.


Сегодняшний день обещал быть именно таким. Шарло поднял руку и дотянулся до звонка. Тут же дверь спальни отворилась, и вошел камердинер принца.
- Доброе утро, Ваше Высочество!
Низкий поклон, улыбка.
- Доброе утро, Франсуа.
Ответная улыбка.

Королева учила сына быть любезным со всеми. Быть любезным с Франсуа было для принца особенно легко - веселый обаятельный француз, говоривший на родном языке Шарло с легким акцентом, был любимцем всего двора.
- Ее Величество просила Ваше Высочество пройти к ней, как только Ваше Высочество проснется, - сказал церемонно Франсуа и, подмигнув, добавил:
- Там совет собрался.

Одевшись с помощью камердинера, Шарло направился к матери, приветствуя кивком и улыбкой всех, кто попадался на пути. Офицер, дежуривший у дверей, с низким поклоном открыл принцу дверь в кабинет королевы.

В кабинете стояла напряженная тишина. Королева прислонившись к окну, вглядывалась куда-то вдаль. Пятеро мужчин, среди которых был канцлер королевства, воспитатель Шарло и адъютант короля ("почему он здесь?", успел подумать Шарло, "ведь он должен быть с отцом...") по знаку королевы молча вышли.

Услышав, что дверь за ними закрылась, королева обернулась к сыну. Лицо ее было непривычно напряжено и принцу показалось, что она только что плакала.
- Доброе утро, матушка.
Казалось, королева сейчас разрыдается. Но она смогла взять себя в руки и слабым голосом произнесла:
- Сын мой... Ваше Величество...
Принц остолбенел. Слова матери, ее слезы, неожиданное появление отцовского адъютанта... Шарло все понял.
- Отец?
- Да. Сегодня ночью. Засада... Враги... Да нет, что я говорю, ты ведь уже взрослый, ты должен знать правду... Шарло, твоего отца зарезали в постели какой-то горожанки... Но этого никто не должен знать... Для всех - он погиб за свою страну...
Шарло плакал, уткнувшись в плечо матери. Ему было жалко отца, мать, самого себя, той жизни, которая сегодня закончилась. Немного погодя мать, всхлипнув, потрепала его по голове.
- Шарло, перестань плакать. У нас с тобой много дел. Ты теперь король.

Следующие дни прошли как в тумане. Шарло принимал представителей городов, графств и цехов своего королевства, иностранных послов и папского легата, выслушивал соболезнования по поводу смерти отца и поздравления в связи с восшествием на престол. Отвечал им заученными фразами на родном языке, на французском, немецком, латыни. Принимал от них клятвы в верности, верительные грамоты и благословения. Заседал в Совете. Изучал церемониал коронации.
Иногда по вечерам на него нападала такая усталость, что он начинал плакать. Тогда Франсуа укладывал его в постель, пытаясь развлечь забавными историями, а затем приходила мать и сидела у его постели до тех пор, пока Шарло не засыпал.

Коронация проходила в теплый сентябрьский день, и когда под яркими лучами солнца молодой король, потея в парадной одежде, направлялся в собор, в котором когда-то короновались его дед и отец, кто-то крикнул "Да здравствует король Шарло!" Этот возглас подхватила толпа, и король вошел в собор под звон колоколов и нестройный хор голосов своих подданных...
 
Выбирая жену своему сыну, Старый Фриц не ошибся. Королева Мария не была на виду при жизни своего мужа и, если и принимала участие в решении государственных проблем, делала это весьма деликатно. Но после смерти мужа, оказавшись в роли фактической правительницы при несовершеннолетнем сыне, Мария сумела стать достойной королевой. Шарло, взрослея, все больше понимал это и восхищался матерью. Теперь он начинал понимать, как тяжело ей было переносить постоянные измены мужа, терпеть его бестолковость и бестактность и не показывать даже вида, что все это ей неприятно.

Ко всему прочему, королева была красива и, взрослея, Шарло все лучше понимал это. Красота королевы не бросалась в глаза случайному наблюдателю, равнодушно скользящему лорнетом по лицам. Многие мужчины, бывавшие при дворе, подпадали под ее очарование совершенно незаметно для самих себя и проходили путь от полного равнодушия к ней до совершенно искреннего обожания. Она не была кокетлива, понимая, что ее положение не позволяет ей ни малейшего легкомыслия, общалась со всеми ровно, уважительно и приветливо, и этим еще больше привлекала к себе.

При жизни мужа королева много времени проводила в окружении своих фрейлин; после его смерти ей волей-неволей пришлось быть на виду. Она проводила заседания Совета, вместе с сыном принимала иностранных послов, принимала делегации городов и провинций своего королевства. Часто ей приходилось становиться судьей в спорах; не все были довольны ее решениями, но ведь редкий судья сумеет удовлетворить обе тяжущиеся стороны. Постепенно приучала сына к делам и с радостью видела, как он становится вполне самостоятельным и принимает решения, лучше которых она и сама не придумала бы.

Еще Старый Фриц, сам не очень любивший праздники и развлечения, объяснил Марии, как важно, чтобы королевский двор был притягательным для знати. "Пусть лучше развлекаются при моем дворе, чем плетут против меня заговоры по своим норам", говаривал он. Да и сама королева любила веселье и, как только обычай позволил ей снять с себя глубокий траур по мужу, она стала устраивать балы, охоты, театральные представления.

С сыном она была по-прежнему ласкова; при посторонних называла его не иначе, как "Ваше Величество", но наедине звала его Шарло.

  - Шарло, милый, я хочу с тобой поговорить.
  - Внимательно слушаю, матушка.
  - Через несколько месяцев ты станешь совершеннолетним. И мне кажется, что я вполне могу избавить тебя от своей опеки.
  - Что вы хотите этим сказать, Ваше Величество?
  - Перестань, Шарло. Мне надоело быть Величеством, я хочу побыть матерью. Женщиной, в конце концов.
  - Хорошо, мама. Так что ты имеешь в виду? Как ты хочешь избавить меня от своей опеки?
  - Шарло, я попробую поговорить с тобой как с взрослым человеком. Ты ведь и в самом деле взрослый. Ты ведь догадываешься, что после смерти твоего отца я не была все время одна?
  - Да, мама. Я давно подозреваю, что граф N ....
  - Ты очень наблюдателен. Впрочем, я всегда была осторожна, чтобы не компрометировать нашу семью. Граф сделал мне предложение - и я согласилась. Но только после твоего совершеннолетия. И только в случае, если ты разрешишь.
  - Разрешу?
  - Шарло, ты ведь король. И член королевской семьи не может сочетаться браком без твоего разрешения.
  - Ах, да... Хотя мне странно представить, что ты должна спрашивать моего согласия на что-либо. Но ведь ты - королева, а он...
  - Ты ведь знаешь, в истории были подобные случаи...
  - Да, да, помню. Вдова Генриха Французского вышла замуж за графа Вермандуа, а Иоанна Английского за этого, как его.... Забыл. Но ведь это было так давно. Ты позволишь мне подумать, ладно?

 

 


 

 

Если бы Шарло следовал первому порыву, он немедленно согласился бы. Граф был ему симпатичен, внешне он напоминал Шарло покойного отца, однако по характеру был полной его противоположностью. Сдержанный, молчаливый, но в то же время доброжелательный, он хорошо управлял своими беспокойными приморскими владениями, попеременно усмиряя то пиратов, то зажиточных и потому весьма своенравных горожан и баронов, то вечно голодных крестьян.

Но наставники Шарло недаром ели свой хлеб. Отбросив эмоции, Шарло стал размышлять о возможных последствиях брака своей матери. У графа - двое взрослых сыновей. Весьма своенравных и непокорных. Уже сейчас они делят будущее наследство отца и не всегда мирно. Кстати, с некоторых пор они перестали появляться при королевском дворе - Шарло только сейчас связал этот факт с отношениями между королевой и графом. В этом браке они видят угрозу своим правам - это очевидно. А если у королевы родится ребенок от графа - тогда конфликт неизбежен. Голова Шарло работала четко и быстро. Да, война в этом случае весьма вероятна и самое неприятное, что сыновья графа легко найдут себе союзников. Некоторые земли графа находятся в ленной зависимости от Империи, и император не упустит случая вмешаться.

Шарло стоял на коленях и молился. Впервые в жизни ему предстояло принять важное решение. На одной чаше весов лежала судьба матери, на другой - интересы королевства... Проще всего было бы сказать "нет". Мать поняла и простила бы. Шарло вдруг с неожиданной для своего возраста проницательностью подумал, что мать никогда в жизни не была счастлива и только сейчас у нее появилась возможность познать то, чего она была лишена.
Весь следующий день король избегал встреч с матерью, велев лишь сообщить ей, что желает видеть ее и графа за ужином. После ужина Шарло пригласил их в кабинет.
- Дорогой граф, мне известно о вашем намерении жениться на моей матери и скажу вам откровенно, что лучшего мужа я для нее не желал бы...
- Ваше величество, вы так добры ко мне!
- И тем не менее, этот брак может поставить под угрозу безопасность королевства. Я говорю о ваших сыновьях, граф.
- Мои сыновья столь же преданы вашему величеству, как и я.
- Согласитесь, этот брак способен заметно уменьшить эту преданность. Поэтому я, давая свое согласие, должен потребовать выполнения некоторых
 условий.

Шарло изложил матери и ее жениху свои условия, которые должны быть включены в брачный договор, среди них - размещение королевских гарнизонов в крепостях графства, воспитание детей, которые родились или когда-нибудь родятся у графских сыновей при королевском дворе в качестве заложников верности королю. Были и другие условия - король потребовал, чтобы в случае рождения ребенка от нового брака, этот ребенок был исключен из числа наследников графа, получив в наследство лишь материнские владения.
- ... а в случае, если брак будет бездетным, после смерти Ее величества все ее личные владения возвращаются нам или нашим наследникам - заключил Шарло.

Наступила тишина. Граф обдумывал услышанное и находил, что условия вполне приемлемы. А королева не отрываясь смотрела на сына. Ее маленький Шарло стал взрослым. Он будет таким же замечательным королем, каким был его дед.

Шарло был единственным сыном своих родителей и долгое время он был убежден, что у него нет ни братьев, ни сестер. Вскоре после смерти отца молодой король обнаружил, что брат у него есть. Бастарду, родившемуся за несколько лет до появления на свет Шарло, от одной из бесчисленных связей Молодого Фрица с горожанками (неизвестно почему покойный король предпочитал их знатным дамам), была с рождения уготована духовная карьера. Король имел право на несколько бенефициев в своих владениях, лучший из которых передал своему сыну в ущерб королевской казне. Молодой аббат не очень утруждал себя заботами о своей пастве, предпочитая им посещение столичных кабаков и борделей. А однажды, зная о мягкосердечии своего брата, написал ему письмо, в котором просил разрешения и вовсе переселиться в столицу.

Наставник Шарло часто повторял своему воспитаннику слова великого короля Филиппа Французского: "Никто не может быть хорошим правителем своей земли, если не может смело и жестко отказать в том, что мог бы дать". Осознал ли Шарло всю мудрость этой фразы, или просто решил поставить на место своего брата, но реакция его была неожиданно резкой. Король пригласил к себе епископа, в епархии которого находилось аббатство брата и велел запретить последнему вообще отлучаться из аббатства без специального разрешения. Разумеется, добавил король, епископ будет давать такое разрешение только в случае крайней необходимости.

Расстроенный аббат рассказывал всем и каждому, что его братец просто святоша, и не может видеть, как другие живут в свое удовольствие. Шарло не был святошей. Умеренная религиозность, привитая ему с детства, была разбавлена изрядной долей скептицизма. Было в нем, однако, то, что никто почти, за исключением его матери, разглядеть не сумел - почти фанатическое стремление во всем соответствовать своему титулу, той роли, которая была уготовлена его происхождением. Этим объяснялась сдержанность в проявлении каких-либо чувств и тщательное стремление оберегать свою репутацию. И, выбирая себе жену, он тоже прежде всего думал о своем королевском долге.

Прежде всего Шарло составил список всех возможных невест из правящих домов Европы. Затем с сожалением вычеркнул дочерей своих могущественных соседей - брак с любой из них нарушил бы то равновесие, которогo с таким трудом добился его дед. Из числа оставшихся исключил тех, союз с которыми не сулил никаких преимуществ.

Неслышно вошел камердинер - пора было зажигать свечи.
- Франсуа, какой бы ты хотел видеть будущую королеву?
- Сир, если Ваше величество интересует мое мнение... Я хотел бы, чтобы она была похожа на вашу матушку.
- Ты тоже скучаешь по ней? Понимаю... С тех пор, как она вышла замуж, она очень редко здесь бывает. Но я не надеюсь, что мне повезет с женой так же, как повезло моему отцу.
- Сир, вы выбираете себе жену, а я не вижу здесь ни одного портрета. Неужели вам безразлично, как выглядит будущая королева? В конце концов, вам же с ней в постель ложиться!
- Франсуа, в постель с ней ляжет король. Это ведь еще одна моя королевская обязанность. Вот когда я буду выбирать жену для тебя, я первым делом посмотрю на её внешность.
- И вы не позволите мне выбирать самому?
- Конечно, позволю. Франсуа, ты даже не представляешь, насколько ты свободнее меня!
- Вы мне завидуете? А я завидую вам. С удовольствием побыл бы на вашем месте, сир!
- Нахал. Нет, я тебе не завидую. Господь доверил мне это королевство. И я благодарен ему. Теперь иди, мне надо поработать.

Страницы: 1 2 3

Источник: http://onona.su/

Автор: Евгений Гр.
Если материал Вам понравился, поделитесь, пожалуйста!

Похожее

Добавить комментарий

Оставить комментарий