Солнце любви - Имадеддин Насими

Имадеддин Насими


(1370 - 1417)


Зеркальная газель

* * *

Коралл твоих уст - как мед, как мед - твоих уст коралл,
Он стал слаще жизни мне, он мне слаще жизни стал.

Сиянье луны - твой лик, твой лик - сиянье луны,
Пунцово-ал пламень щек, их пламень пунцово-ал.

А кто тебя не видал, а кто не видал тебя,
Страдал в разлуке с тобой, в разлуке с тобой страдал.

А кто твою речь слыхал, а кто слыхал твою речь,
Похвал ей много вознес, вознес ей много похвал.

Внемли ж словам Насими, словам Насими внемли:
Сказал он стих лучше всех, он стих лучше всех сказал.

перевод С. Иванова


* * *


Стихи-обращения

* * *

О краса моя, радость, надежда, опора, отрада,
Милый друг, моя нега, всем мукам и бедам услада,

О владычица сердца, желанная, жизнь моя, счастье,
Цель стремлений, мечта - все, что думам и помыслам надо,

Луноликая пери, шалунья, восторг, озорница,
Мой жасмин, кипарис, моя роза, изящества чадо,

Совершенство, избранница, чудо любви, диво страсти,
Ты - кумир мой, Кааба, ты - гурия райского сада.

Ты - подмога душе, моя верность, страданье и мука,
Мой властитель, владыка, ты - кара моя и пощада,

Ты - рейхан благовонный, ты - амбра, душистая роза,
Ты - рубин мой и яхонт, ты - жемчуг и перл, светоч взгляда,

Ты - светило мое, мое солнце, звезда и сияние,
Эта песнь Насими - твоего, соловьиного лада!

перевод С. Иванова



Стихи с повторами

* * *

Налей же, налей, налей мне чашу влаги живящей,
Возьми же, возьми, возьми свой чанг, в сто ладов звенящий.

Отдам я, отдам, отдам всю жизнь ради милой сердцу,
Прильну я, прильну, прильну к устам, что нектара слаще.

От уст твоих, дивных уст в стыде потускнеет яхонт,
А зубкам, зубкам твоим - не ровня и перл блестящий.

А слово, слово твое вкуснее, чем мед и сахар,
А лик твой, прекрасный лик - как солнце с луной всходящей.

А косы, косы твои - померкнет пред ними мускус,
А брови, брови - как лук, ресницами стрел разящий.

Меня ты, меня, меня коварной стрелой сгубила,
Тобой, тобой я сражен, очей красотой томящей.

Терпи, Насими, терпи, тебе любимая скажет,
Кто люб ей, кто люб, кто люб, кто сердцу друг настоящий.

перевод С. Иванова





Газели

* * *

Светилом счастья озарен над нами небосвод,
Венера благостных времен сияет нам с высот.

Зерцалом быть нам нарекла и отразилась в нас
Та суть, что, сущностью светла, всей яви смысл дает.

Великих празднеств близок миг - ступай в чертог святынь,
"Велик Аллах, Аллах велик!" - взывает горний свод.

Что смолк, божественный певец? Раздайся рокот струн!
Здесь кипарис, краса сердец, на благо нам цветет.

О пленники любовных мук, отверзся скрытый клад -
Внемлите страждущие, звук потока райских вод.

Навек от сердца отреши все блага двух миров:
Нам повелитель стран души сокровища несет.

Ты птицу сердца не лови в тенета плотских пут -
Нам птица счастья и любви - дар благостных щедрот!

Разящи звуки моих слов, как острый меч Али,
Который головы врагов безжалостно сечет.

Едва лишь мускус черных кос обвеял Хорасан,
Благоухание принес сменивший ночь восход!

Покинь пустыню горемык, вернись в чертог души -
Твоей любимой лунный лик на мир сиянье льет.

Когда же ты с чела сорвешь смутительный покров? -
Ведь ты повергла сонм святош в смятенье и разброд!

Грудь Насими испещрена чертами тайных букв -
Господней воли письмена он на бумаге вьет!

* * *

Кто уподобил образ твой цветущей розе иль жасмину,
Тот розу и жасмин вознес, забыв красы первопричину.

Да будет не дано вовек тому увидеть стан твой стройный,
Кто кипарис иль райский дуб в мечтах возвысил не по чину.

Да будет пощажен за грех безверец-идолопоклонник,
Когда вослед за мной тебе поклонится, как властелину.

Едва коснется кос твоих дыханье утреннего ветра -
Их мускус обратит весь мир в благоуханную долину.

О, если идол не похож на твой прелестный лик нисколько,
Зачем, пред идолом склонясь, безверец гнет в молитве спину?

Чей зрячий взор остался слеп к печальной участи Юсуфа,
Кому была корысть во зло употребить его кручину?

Кому удастся описать твоих чуть видных уст цветенье,
Тот - прозорливец и мудрец, во всем провидящий причину.

Ты говоришь и говоришь, а уст твоих совсем не видно.
Да кто же говорит без уст - я усомниться не премину.

Когда бы все узнали перл, в словах моих речей сокрытый,
Аденский жемчуг знатоки ценили б лишь наполовину.

Прекрасный образ созерцать - да есть ли что-нибудь прекрасней?
Зачем неверящий глядит не на красу, а на личину?

А Насими твоим устам хвалу возносит ежечасно:
Дано им дух вдохнуть в тела, уже обретшие кончину!

* * *

Ты - мой идол, кумир, ты мне - вера и крепость моя,
Ты - мой дух и покой, друг возлюбленный, суть бытия.

Ты - мой светоч и мрак, ты - огонь мой, светильник, мой луч,
Ты - мне гурия, свет, ты мне - рай и прохлада ручья.

Ты - нектар мой, шербет, мой бальзам и целебный настой,
Ты - целитель и врач, ты мне - милость, ты - мой судия.

Ты мне - роза, рейхан, мой цветок, гиацинт и тюльпан,
Благовонный мой сад, гюлистан мой и песнь соловья.

Ты - коран мой, урок, ты - хадис и абджад - суть всего,
Ты - молитва, ты - зов, нет вовеки тебе забытья.

Ты - мне тело и дух, ты - мой разум, рассудок и взор,
Ты - пощада и казнь, ты - и плоть мне, и крови струя.

Лишь обрел он тебя, - все, что есть, позабыл Насими:
Дивный мой кипарис, ты - всех краше, скажу не тая.

* * *

Фиалки-кудри к розе льнут, их томный запах прян,
Жасмином сердце смущено, его смутил рейхан.

А бадахшанский самоцвет - лишь отблеск твоих губ,
От уст твоих смутился перл, объят стыдом тюльпан.

А сердце мукой смятено в кромешной тьме кудрей:
В извивах кос его объял безумия дурман.

Когда твой образ создавать писец предвечный стал,
Он капли-родинки ронял, как точки зерн-семян.

Где розы выросли, скажи, подобные тебе?
Да есть ли кипарис в саду, стройнее, чем твой стан?

Взгляни на мускусный пушок у родниковых уст:
Он, словно вязь святых письмен, творцом всевышним дан.

Как сладко Насими воспел рубины уст твоих:
Вдали от сладких их речей он страстью обуян.

* * *

О, пусть твоя душа чужда утратам будет,
Пусть кубок Джама твой всегда подъятым будет!

Твоя краса - укор и розам, и тюльпанам,
И пусть твой лик всегда красой богатым будет.

Пусть на тебя сойдут блаженство, радость, счастье,
А жребий зла и мук - злым супостатом будет.

Где чанг, зурна и най, где бубны и танбуры?
Пускай их звук и звон греметь раскатом будет.

Кто страсть к тебе питал, достоин благ и счастья,
Кто ж не любил тебя - тоской объятым будет!

Вершиной твой чертог пусть в небо вознесется -
Опора на земле твоим палатам будет.

"На что тебе твой друг?" - меня соперник спросит, -
Скажу: "Он мне мечтой, надеждой, златом будет!"

Подай же мне вина! Где прочны узы дружбы,
Веселья буйный хмель пусть до утра там будет.

Повержен Насими, он умер от разлуки,
О, сжалься - он тебе всегда собратом будет.

* * *

Запала пятнышком в цветок, расцветший в поле, родинка,
Как зернышко в силках кудрей - приманкой, что ли? - родинка.

А ямки щек! Они под стать колодцу вавилонскому,
Влюбленных залучила в плен, томит в неволе родинка.

Как перлы - зубки, а уста - сродни рубину алому,
А над устами что блестит - то ль жемчуг, то ли родинка?

В стенанье ввергли соловья, как розы, щеки алые,
А пуще их - бутоны уст, а всех поболе - родинка.

В самом Египте платят дань твоим устам рубиновым,
И красотой своей слывет в Индийском доле родинка.

Раз утвердила власть свою в саду, цветущем розами,
Достойна шахской красоты и шахской доли родинка.

Ты цепи локонов своих на шею мне набросила -
Судила мне безумным быть в моей недоле - родинка.

Как ловко сердце Насими ты заманила хитростью,
И душу мне теперь гнетет до смертной боли родинка.

* * *

Прежде верная подруга не сдержала уговора -
Вот ведь как чудно случилось: вдруг с любимой вышла ссора.

Страсть к твоим волшебным чарам без следа меня сгубила,
И любовь, и торг наш бойкий - все закончилось так скоро!

Затаить в душе хотел я тайну твоего лукавства,
Только выпустило сердце мою тайну из затвора.

Страсть свою лечить не требуй, все стерпи, ведь есть надежда,
Что обидчица поможет, если сердце стало хворо.

Кто в тебя влюбленным не был, за любовь не отдал душу,
Нет ему ничуть почтенья и достоин он позора.

Извела любовь мне душу, истерзала тайной хворью:
Пуще золота я желтый, пожелтел я от измора.

О, прошу, яви мне верность - да не скажет злой соперник,
Мол, в неверности подруги и причина их раздора.

Не напрасно сладкоречьем Насими свой стих украсил:
Он в речах у сладкоустой сладость слов сбирает скоро.

* * *

Пролилась пора Навруза благостною тучей снова,
Главный шейх твердыни нашей пьет нектар шипучий снова.

Распустив бутоны, розы будто с лиц завесу сняли,
Соловей в саду заводит лад хмельных созвучий снова.

Древний мир одеждой новой весь облекся в эту пору,
Лик вселенной свеж и полон красотою жгучей снова.

Посмотри, красавец-кравчий в чашах всем вино разносит,
Всех пьяня и сам пьянея, цедит хмель тягучий снова.

Хочешь выпить сок пьянящий с гурией под сенью рая -
Выйти в сад вдвоем с любимой есть весною случай снова.

О, подай вина мне, кравчий, я нарушу покаянье,
Сокрушен зарок мой давний силою могучей снова.

Насими, доверься ветру, пусть любимой тайну скажет:
Мол, подавлен он и сломлен, пощади, не мучай снова.

* * *

Сень хумаюнова крыла и милость бога - твои косы,
Пленяют души и тела, казнят их строго твои косы.

Я кос твоих не уступлю за блага двух миров, о пери,
И не убавят ввек цены, хоть ненамного, твои косы.

Лик вечности - твое чело, и тот вовек не будет вечен,
Кто пылом страсти не любил, о недотрога, твои косы.

Суть наших душ - в твоей душе, а в косах - часть души сокрыта,
Опора душам в теле - ты, а им подмога - твои косы.

В окружьях глаз, в витках кудрей таится сила воскрешенья,
И судных дней в своих витках таят премного твои косы.

Людей ввергаешь ты в соблазн твоими черными очами,
Для всей вселенной - смута смут, мятеж, тревога - твои косы.

Лишь набежит внезапный вихрь, запутав мускусные пряди,
Велят мне дни мои в тоске влачить убого твои косы.

Твой лик объемлют две косы, но суть чела меж них едина,
Все сущее - одно, и смысл того залога - твои косы.

Мне завитки твоих кудрей шлют благовонье на рассвете,
Восход светил, чей свет во тьме скользит полого - твои косы.

И не виню я кос твоих, что им обеты рушить любо,
Даруя жизнь всему вокруг, чтут верность строго твои косы.

Явленье сущего - твой лик, он - веры праведной обитель,
Благословенный свет лачуг и мрак чертога - твои косы.

Ведут к блаженству Насими, сулят ему блаженство рая
Величье бога, правый путь и в рай дорога - твои косы.

* * *

В предвечном мире бытия провидел я любимой лик,
И знаменьем краса твоя открылась мне на свитках книг.

Нельзя помыслить естество превыше лика твоего,
Иное для меня мертво - лишенный сути бледный блик!

От мук разлуки и обид вовек мне не стенать навзрыд:
В "Насущном хлебе" был открыт мне единения тайник!

Всю суть благого тайника от волоска до волоска
По знакам мушек и пушка я на челе твоем постиг.

Ее рубинов-уст вино, что от всех утаено,
Мне было господом дано как животворнейший родник!

Из ликов, созданных судьбой, тобою посрамлен любой:
Лишь тот, что воплощен тобой, красой невиданной велик.

С тех пор, как вечны времена, и высям неба жизнь дана,
Тебе подобная луна не восходила ни на миг!

Твой лик невежда-зубоскал с людским обличием равнял,
Но где единый бог бывал, подобно людям, многолик?

"Пей, - очи кравчего велят, - налитый в кубок хмель услад:
В чертоге единенья взят сей кубок - чаша горемык!"

От века та краса была для нас величием светла,
И вечный свет ее чела навеки в нашу суть проник.

О Насими, совет в делах тебе дарует Фазлуллах,
И бытия ничтожный прах тобой с земли развеян вмиг!

* * *

Пришла весна, весна идет в красе зеленого покрова,
Забудь незрелых дум разброд, - вино в кувшинах бродит снова!

"Внемли, - мир тайн ко мне воззвал, - здесь все твое: уста красавиц,
И хмелем брызжущий фиал, и сад, расцвеченный пунцово!"

Пусть суфий чистый хмель не пьет - не обращай к нему укоров:
Ему дан высший дар щедрот - осадок, пенная основа!

Порог торгующих вином дыханием Исы овеян,
Иди за данью в этот дом - под сень их благостного крова!

Радетель истинной красы! Вкуси багряного настоя -
Стал купой роз огонь Мусы, и соловей поет бедово.

Что вечный век для головы, любви не ведавшей вовеки?
Такие головы мертвы, а мертвый груз таскать не ново!

Не дремлют недруги твои, твой каждый грех подстерегают -
О сердце, горе затаи, о тайне мук моих - ни слова!

О, пей же, мудрый весельчак, под звуки чанга, уда, ная, -
"Прекрасна радость райских благ!" - взывает глас господня зова.

К чему, душа, пустой вопрос, как я страдал минувшей ночью, -
Да только ли вчера от слез терзался в муках я сурово?

Дай, кравчий, суфию вина - у нас в чертоге исцеленья
Вином навек исцелена душа глупца и пустослова.

О Насими, пока ты пьешь, уста возлюбленной лобзая,
Ты перед ханжеством святош главу не склонишь бестолково!

* * *

Из пустырей небытия был дух святой на свет явлен:
Неизреченное тая, в сиянье явных мет явлен!

Светило истины взошло в мельчайших блестках бытия,
И свет его осилил зло - был, солнцем обогрет, явлен.

Над вечностью подъемля стяг, "Я - истина!" - воззвал Мансур -
Земле и небу вечных благ нетленный был завет явлен.

Благого лика естество, ты - свиток истины самой:
Весь сущий мир из букв его - в покровы их одет - явлен.

О воссиявшее во мгле зеркало светлого чела,
Где, на каком еще челе, всей сущности отсвет явлен?

Свет, бывший тайным, не угас: любовью ангелов храним,
Он праведникам был не раз в награду за обет явлен.

О чтущий идолов! Усвой величье господа, прозри:
Господней волей идол твой, как и любой предмет, явлен!

Отшельник, жаждущий постичь ниспосланного слова суть!
Внемли тебя зовущий клич: желанный миг бесед явлен.

О ты, кто ханжеству радел, - живущий ложью лицемер!
Каков итог свершенных дел, таков им и ответ явлен.

О шах, погрязший в злых делах на бренном троне бытия!
Едва услышишь слово "шах" - глядишь, и мат вослед явлен!

Хвала творцу! Он не суров к мужам обета и любви:
Им без зароков и постов всевышнего совет явлен.

Дар истины из двух миров просил смиренно Насими -
И был услышан страстный зов: тот дар, что им воспет, явлен!

* * *

Сравню с луною я твой лик - и тут же гибну от стыда,
Сравню тебя с людьми - и вмиг пред богом стыдно мне тогда.

Такой, как ты, и небеса не сыщут в ангелах своих:
Тебе одной дана краса, столь совершенна и горда!

О, не досадуй ты на ложь о черноте твоих кудрей:
Что в черной зависти найдешь, помимо злобы и вреда!

Тайник свиданья отопрет лишь оценивший суть твою:
Глубинный жемчуг сыщет тот, кому глубь моря не чужда.

"Где мое сердце?" - я вопрос к ней обратил, и был ответ:
"Его тенета моих кос заполонили навсегда!"

Рожден из праха, прахом вновь я стал, но ты не сыщешь в нем
Пылинки, где моя любовь не сохранила бы следа!

Тебе без сердца суждено, душа, со мною вековать:
Из пут ее кудрей оно не возвратится никогда.

"Словам красавиц веры нет!" - мне говорят, а я скажу:
"Красивым чуждо чтить обет, в их сердце верность не тверда!"

Отшельник, дружбу ты найдешь в хмельном разгуле - у гуляк:
Чем лучше ханжество святош - их лицемерье и вражда?

Тебе, чья стать - из серебра, да будет хною кровь моя:
Ведь если ты со мной добра, то мне и гибель - не беда!

О, Насими - с тобой! Ему и оба мира не нужны:
Кто предан истине, тому какая в двух мирах нужда?

* * *

Когда моя луна взойдет на небосклоне красоты,
Весь озаренный небосвод и лик луны увидишь ты.

Едва увидит райский сад твой величаво-стройный стан,
Падут и в ревности сгорят все кипарисы и кусты.

Когда, красой своей горда, с чела отнимешь ты покров,
Поникнут розы от стыда, кляня разбитые мечты.

Твой лик, сверкая белизной, затмил и пристыдил луну:
Она ущербной и больной взошла в оправе темноты.

Гадал я, в чем судьба моя, по свитку лика твоего -
В любой из сур провидел я Юсуфа дивные черты.

Ты станом в сердце мне вросла, о мой желанный кипарис, -
Меня пронзила та стрела - все силы сердца отняты.

Когда бы ты в своей красе предстала ангелам, они
Воскликнули бы разом все: "Вот лик нетленной чистоты!"

Витки курчавого пушка блестят у влаги твоих уст -
Так у прохлады родника кустятся вешние листы!

Твоих бровей крутой излом - как полумесяц в небесах,
Твоим сияющим челом все выси неба залиты.

Когда б отшельникам прочли хоть строчку этого стиха,
Их стон восторженный с земли достиг бы горней высоты!

Твои уста! Все тайны их лишь Насими сумел познать -
Кому же тайну уст своих, кроме него, явила ты?

* * *

Провидцы истины твой лик красой томящей называют.
А кудри - узами вериг, коварной чащей называют.

Все пленники любовных грез скрижалей вечных письменами
Извивы твоих черных кос и лик манящий называют.

Влюбленным суть твоих очей открыл священный стих о птицах:
Они черту твоих бровей в веках парящей называют.

И даже те, кто лгать готов, - твоих зубов увидев перлы,
Бесценной нитью жемчугов их ряд блестящий называют.

Кто видел, как твой сад влекущ, они, любовью одержимы,
Его красою райских кущ животворящей называют.

Хмельные от истомных глаз, тобой плененные страдальцы
Аскетом, затаившим сглаз, твой взор пьянящий называют.

Плененные твоей красой в ней видят след китайской кисти:
Они напрасно образ твой красой мертвящей называют.

Ты - бедствие для горемык: ты жизнь и веру похищаешь,
И люди - мукою твой лик, бедой грозящий, называют.

Все, кто душой к тебе влеком, к рубинам уст твоих стремятся:
Их верно райским родником - водой живящей - называют.

Как Насими, по свиткам книг познавшие твой образ вечный
Скрижалью истины твой лик, глаза слепящий, называют.

* * *

Лучась челом, правдиво говорит:
"Мой лик - луна и диво!" - говорит.

"О, если кипарис пленен не мной,
Что ж к розам льнет он льстиво?" - говорит.

Кичлив красой извив ее кудрей,
Но правду вязь извива говорит!

Трепещет сердце: кто стучится в дверь?
А горе "Друг твой" - лживо говорит.

"Где стан твой тонкий?" - я ее спросил, -
"Не знаю, где!" - игриво говорит.

Любой, кого про лик ее спрошу,
"В нем око мира живо!" - говорит.

Мудрец, проникший в суть ее красы,
"Она - сам бог!" - учтиво говорит.

Я косы ее с мускусом сравнил -
"Ах, ложь всегда болтлива!" - говорит.

"О, утоли, - молил я, - пыл души!" -
"Могу ли?" - горделиво говорит.

"Нет смуты, равной смуте моих глаз", -
Кумир мой справедливо говорит.

"За миг со мной всего два мира дать -
Не велика ль нажива?" - говорит.

Она игрой бровей, очес и кос
"Свиданье - миг порыва!" - говорит.

О Насими, она дыханьем уст
"Ты захмелел на диво!" - говорит.

перевод С. Иванова



* * *

"Я - бог!" - как Мансур эту истину я возгласил,
Одних озарил, а других возмутил и взбесил.

Я - кыбла для праведных, любящий друг - для влюбленных,
Ваш сад я, ваш дом, что для каждого двери открыл.

Я - зоркий Муса, что с вершины беседует с богом,
Я - светлый Синай, что пророку пути озарил.

Красу твоих грозных бровей созерцать я достоин,
В огонь твой вступаю и сам становлюсь огнекрыл.

Слиянье с творцом - вот святое вино моей веры,
И я на пиру эту чашу до дна осушил.

О ты, чьи уста словно полдень, а волосы - полночь,
Вином стань моим, стань целебным источником сил.

Во мне и вовне - ты повсюду, куда я ни гляну,
Отныне я в счастье страданья свои превратил.

Я всех восемнадцати тысяч миров повелитель,
Аллаха, сокрытого всюду, в себе я сокрыл.

Я - тайна, живучая в каждом непознанном чуде,
Я - солнце, горящее ярче небесных светил.

Пред вами отверз Насими сокровенную правду:
Я счастлив, я знаю, что бога в себе воплотил!

перевод С. Северцева



* * *

Взглянули розы на тебя, и зависть гложет их.
И сахар, покраснев, узнал про сладость губ твоих.

Ресницы бьют меня в упор под тетивой бровей,
И снова жаждет жадный взор все новых жертв моих.

Своей жестокостью едва ль меня отвадишь ты -
Дерзки влюбленные, душа враждует с телом в них.

Навылет сердце мне пронзить всегда готов твой взгляд.
Ужели взглядов для меня ты не нашла других?

Тебе не знаю я цены, о дорогая дичь!
Ты мне дороже всей земли, дороже дорогих.

Слезами вновь мои глаза сейчас кровоточат.
Готов я кровь тебе отдать из красных жил своих.

Сними с лица чадру, она затмила нам луну.
Не дай, чтоб Насими сгорел в мучениях глухих.

* * *

Все ярким солнцем твоего лица освещено,
Благоуханием твоих кудрей напоено.

Живую воду губ твоих я устыдился пить.
Как сахар, речь твоя сладка, пьяняща, как вино.

Что для себя могу просить я у небес, когда
Тебе богатство двух миров создателем дано.

Тому, кто б ножку захотел поцеловать твою,
Навек лишиться головы тотчас же суждено.

О том, чтоб мне счастливей стать, не стоит хлопотать:
С начала мира в жизни все аллахом решено.

К нам с колосящихся полей пусть долетит зефир,
Пусть будет все кругом его дыханием полно.

Тебя увидел Насими, красавица моя,
И божество с тех пор в моих зрачках отражено.

* * *

Мир не стоит, так пусть твои пройдут в движеньи дни.
Мир блеском, мишурой покрыт - обманчивы они.

Не станет время ждать тебя, оно уйдет вперед.
О прозорливый, в этот мир поглубже загляни.

Богатство всей земли - тщета, пойми, о господин!
Все блага мира от себя с презреньем отними!

Но если любишь - за нее, избранницу души,
Хоть палачу отдай себя, хоть сам себя казни!

О сердце, заблудилось ты во тьме ее волос.
Любовь, подумай обо мне, на утро ночь смени!

И если завершился мир твоею красотой,
Как Магомет, опять к луне свой палец протяни.

И если ты, как Моисей, встречаешься с огнем,
То светом чуда озарись и тайну объясни.

Ты в мире только на пять дней, но раз мужчина ты -
Ты корень мира, вырвав прочь, по-своему согни.

Да, Насими узнал теперь, что смерть к тебе пришла.
Скажи, Ширин, что мертв Фархад, потухли глаз огни.

перевод К. Симонова


* * *
     

"Я - вечный свет, лишь с виду прах!" - сказал я.
"Суть всех вещей - в моих словах!" - сказал я.
Пускай не все поймут, пускай не все поверят:
"Аллах во мне, я сам - Аллах!" - сказал я.

* * *

Чтоб этот мир понять, им восхититься надо,
Чтоб свет любви познать, страдать в темнице надо,
И, если ты султан, а хочешь видеть бога,
С престолом и венцом тебе проститься надо.

* * *

Я тебя полюбил - и страшнее мученья нет,
Я по миру бродил - но нигде утешенья нет.
Всем теперь скажу: кроме губ незримых твоих,
Для души влюбленной иного леченья нет.

* * *

В чужой цветущий сад вошел я, дерзновенный,
И замер, восхищен красою сокровенной.
Склонилась лилия ко мне и прошептала:
"Ах, настоящий миг - лишь этот миг мгновенный!"

* * *

Я - вечность, ей нет и не будет конца,
Я - чудо творенья и сила творца,
Я - кравчий, наполнивший чашу познанья,
Я - свет, что пронзит все людские сердца!

перевод С. Северцева


* * *

Луна и та всегда испытывает стыд
Перед огнем твоих божественных ланит.
Что делать, беден я и всеми позабыт,
И по тебе одной душа моя болит

* * *

Живая красота твоя все в мире покорила.
Склонился ангел пред тобой и вечное светило.
Досель подобной красоты ничто не породило.
Влеченье всех мужей к тебе – красы твоей мерило.

* * *

Ты, что в себе вместила божью милость,
Зачем шелками от меня закрылась?
Откинь шелка от своего лица,
Чтоб предо мною гурия явилась.

* * *

Кто светом осенил твою главу
И глаз твоих лукавых синеву?
Твои уста так сладки, что невольно
Стыдятся те, кто делает халву.

* * *

Всех смертных, нас слепит твое сиянье.
Ты всех свела с ума, лишив сознанья.
Ты – отблеск рая, а подлунный мир –
Тобою брошенное подаянье

* * *

Ни на земле, ни в райской вышине
Тебе подобных нет на горе мне.
Своей красой ты мертвых воскрешаешь,
Твоя краса – как весть о Судном дне.

* * *

Прекрасный лик твой – неземной цветник,
Рубины уст твоих – живой родник.
Разлука наша – это пламень ада.
С тобой в разлуке я зачах и сник.

* * *

Владычица моя, твой чудный лик –
Живой цветок: гранат иль базилик.
Лишь ты моя душа: покуда в теле
Живет душа, я всех сильней владык.

* * *

О ты, чей лик звезд и луны светлей,
О ты, чьи зубы жемчуга белей, -
Пусть будешь ты благословенна богом,
И пусть я стану жертвою твоей.

* * *

Теперь, познав любовь, я все на свете знаю,
Я, вникнув  в жизни суть, сокровища скрываю.
В любви не преуспел, я горе претерпел,
Нет тела у меня, есть лишь душа больная.

* * *

Скажи: что значит пост, фирман, намаз?
Скажи: когда пробьет наш смертный час?
Мы даже этого не постигаем,
Как же постигнуть тайну милых глаз?

* * *

Мы думаем о тех, в кого мы влюблены,
Чьи брови словно лук, глаза – черным-черны.
Мы любим их, они тиранить нас вольны,
А наш удел иной: мы им служить должны.

* * *

Твои назвали зубы жемчугами,
Твои глаза горят двумя огнями.
Хотя в тебе заключена беда,
Мужи любви, идем к беде мы сами.

* * *

О роза, ты росла в садах каких,
Вблизи каких потоков неземных?
В невечном мире мало вечных истин,
Ты, милая моя, — одна из них.

* * *

Прошло немало лет, прошло немало бед,
Не встретил я таких, как ты, – таких и нет
Свидание с тобой моею целью было,
И потому всегда я видел райский свет.

Перевод: Н. Гребнева


НАСИМИ

художественный фильм
(Азербайджанфильм, 1974) 
 
 
[media=http://www.youtube.com/watch?v=KmqkfJBzfqg]


Оригинальное название: Nesimi
Год выпуска: 1974
Жанр: исторический, драма
Продолжительность: 01:35:43
Режиссер: Гасан Сеидбейли
Сценарист: Иса Гусейнов
Оператор: Расим Исмайлов
Композитор: Тофик Кулиев
Художники: Маис Агабеков, Мамед Гусейнов
Производство: Азербайджанфильм

В ролях: Расим Балаев, Исмаил Османлы, Халида Касумова, Тофик Мирзоев, Самандар Рзаев, Мамедрза Шейхзаманов, Алмас Аскерова, Юсиф Велиев, Мухтар Маниев, Камал Худавердиев, Абдул (Абдула) Махмудов, Гюмрах Рагимов

Роли дублировали: Вячеслав Тихонов, Галина Булкина, Владислав Дворжецкий, Владимир Ферапонтов, Алексей Алексеев, Алексей Сафонов, Феликс Яворский, Антонина Кончакова

Описание: Исторический фильм, посвящен 600 летию со дня рождения Великого Азербайджанского поэта и философа
Имаметдина Насими.

Рубеж XIV и XV столетий. Мрак, кровь, дикость. Страна под пятой кровавого Тимура. Страна под властью невежественного духовенства. Всех осмелившихся восстать ждет казнь. Раздирают в клочья привязанного к конским хвостам философа и проповедника Фазла, его жена -распята в Тавризе на городских воротах, на ее теле ржавым гвоздем нацарапаны все буквы алфавита.
Избивают последователей Фазла — хуруфитов. Падают пронзенные стрелами, рассеченные мечами тела. Бросают оземь у ног завоевателя голову полководца хуруфитов Довлет-бея. Избивают ни в чем не повинных людей: они пришли на казнь Фазла, значит, среди них есть его последователи.

 
 
Страницы: 1 2

Источник: http://onona.su/

Автор: Eddy

Если материал Вам понравился, поделитесь, пожалуйста!


Похожее

Комментарии 4

Eddy от 14 февраля 2010 07:13
Стихи, рубаи и газели Насими на второй странице статьи.
Lenchen
Lenchen от 14 февраля 2010 21:00
Эдди, спасибо за исторический экскурс! Я до конца еще не дочитала, но с интересом дочитаю попозже.
Eddy от 15 февраля 2010 00:16
Не за что. Жаль только, в оригинале не можешь читать Его стихи...
Даже самый лучший перевод не способен передать всей красоты и духа оригинала...
Lenchen
Lenchen от 15 февраля 2010 01:24
Уже начала учить азербайджанский!
Я нашла о Насими художественный фильм (он-лайн) на азербайджанском языке... Догадываюсь, о чем идет речь)))
Eddy от 15 февраля 2010 09:49
Я подготовил вариант с русскими субтитрами последней (финальной) части фильма (примерно 10 минут), скоро отрендерю и выложу на youtube и на наш портал.
Жаль, что качество фильма ужасное.

Рендер займет много времени. Для сохранения качества исходника и небольшого улучшения flv перевел на Full HD AVI. Применяю кадрирование, шумоподавление и небольшую коррекцию. Все это на ноуте займет немало времени. А четырехядерник сейчас не дуступен...

Есть русский вариант фильма где то в недрах Госкино или еще где то... В отличном качестве. Да разве-ж оттуда достанешь...

И еще есть роман "Судный день" Исы Гусейнова (Муганна), по мотивам которого отснят этот фильм. Сценарий, также И.Гусейнова.

Можно скачать:
в формате .txt
в формате .rtf
в формате .fb2
Добавить комментарий

Оставить комментарий

HTML5