Лур - спаситель человечества окончание

- Вот здесь – культура нового вируса, который я сам вывел в этих четырех стенах. Не буду утомлять тебя научными подробностями, ты ведь у меня «технарь» и от генетики далек, как небо от земли. Скажу только, как он действует. Попав в организм первого «носителя»,  вирус «вызревает» и становится высоко заразным, почти таким же, как обыкновенный грипп, и в дальнейшем передается от человека к человеку воздушно-капельным путем, при кашле, чихании, просто при разговоре. 
Подробнее

Лур - спаситель человечества

Господа, это просто стеб, при том довольно глупый. Не принимайте близко к сердцу.
Искренне ваш,
                       Джон Маверик


Тусклый свет городского фонаря мягко подсвечивал крупные, похожие на серебряных бабочек хлопья, бесконечно струившиеся с выбеленного холодом ночного неба. Звезды, злобные, яркие, как волчьи глаза, впивались голодными взглядами в беспомощно распластавшийся внизу город.
Подробнее

В моем погребе кто-то живет

День первый

Анна-Мари уже легла спать, зарылась в теплую горку одеял, темные волосы перепутались, как болотная трава, и разметались по подушке, на губах — усталая улыбка. Только во сне мою жену отпускали боль и тошнота. Я бездарно слонялся по дому, брался то за одно, то за другое, но не было сил доделать что-то до конца. Выметал пыль из-под дивана, но плохая примета подметать по вечерам. 
Подробнее

Черная собака окончание

Каждый вечер я допоздна не ложился спать. Стоял у окна и вглядывался в мокро блестящую асфальтовую дорожку, по которой щедро расплескался голубой свет фонаря, и в темную, похожую на утыканный шипами хребет дракона, гряду кустов. Ждал, когда вернется Лора. Она приходила после одиннадцати, а порой и за полночь, усталая и растрепанная.  Я знал, что не засну, пока сестра не пожелает мне спокойной ночи, и она проскальзывала в мою комнату, шепотом сердилась, что я еще не в кровати, потом наклонялась и целовала в лоб. От нее остро пахло табаком, цветочными духами, иногда алкоголем, и еще чем-то, мне незнакомым, но очень неприятным.
Подробнее

Черная собака

Говорят, что жизнь, как зебра — то белое, то черное, то хорошо, то плохо. Бывает и смазанно, не контрастно: то светло-серое, то темно-серое, чуть получше или чуть похуже. А по короткой полосатой шерстке, точно осколки елочных игрушек по ватному снегу, раскиданы цветные искры, словно зебра пробежала сквозь радугу. Это мгновения радости, чистой, яркой, той, что даже самых угрюмых взрослых превращает в хохочущих малышей.  Перед лицом счастья все мы — дети.
Подробнее



Таракан разумный

Сотрудник Института Времени и Пространства Даниэль Фукс по прозвищу Адольф Великолепный любил гулять в сумерках по набережной и смотреть, как умирают поденки. Он приходил туда ради нескольких минут перед темнотой, когда небо мутно, точно рифленое стекло, а вечер кажется белым листом бумаги, по которому расплескались бледные акварельные краски. Обычно темная речная гладь, по которой сонно дрейфовали похожие на рыбок серебристые листья ивы, полнилась каким-то особым светом — затягивающим и пугающим одновременно.
Подробнее

Большое наклонное зеркало

Кошка стоически выдержала купание, а потом и сушку феном, и чистая, распушилась. Белоснежный хвост в руку толщиной, гибкий, как туловище удава, шерстка тонкая, словно лебяжий пух, блестящая на холодном осеннем солнце, и яркие сапфиры глаз. Она уже поела и согрелась и, распластавшись на стуле, начала засыпать.

Подробнее

Сказка - ложь окончание

Я должен скопить «минутки», решаю, что бы там ни говорила Соня. Одна у меня уже есть — я не пил сегодня пиво. Темнота сгущается, и купить пирожок я не успею. Значит, еще две. Три «минутки» - не Бог весть какой капитал, но для начала неплохо. Дальше легче пойдет. Надо только поспешить со сказкой — а то останусь ни с чем.
Заболтался, болван, и забыл, для чего пришел.
Подробнее



Сказка - ложь продолжение еще

- Какое? - спрашивает Соня и смеется.
Ее глаза — совсем близко от моих, блестят, как серебряные монетки на солнце. Умытая смехом, будто талой водой, она кажется совсем юной. У мертвых нет возраста, и все-таки интересно — сколько лет ей было, когда она... ушла?
Я тоже улыбаюсь в ответ.
- Пусть это останется его маленькой тайной.
Подробнее

Сказка - ложь продолжение

- Я родился в богобоязненной семье. Мой отец, мелкий чиновник, жил скромно и добродетельно, избегая любой скверны. В юности он мечтал стать священником, но не сложилось. После смерти родителей пришлось кормить малолетних братьев и сестер. Он не горевал, повторяя — для нас с матерью и в первую очередь для себя — что служить Богу можно на любом месте.
Подробнее