Трио, дуэт, соло окончание

Ян верил им и не верил, но по ночам вера все-таки побеждала. Он пробовал, сперва как бы в шутку, стыдясь перед самим собой — а кого еще стыдиться с темноте? Ничего не выходило. А потом, словно искра вспыхнула и озарила ночь — он понял, что надо делать. Выдохнуть резко, до предела, так чтобы легкие опали пустыми мешками, и затаиться, дышать, но очень мелко, словно по крупице втягивая воздух. Очень скоро голова начинает кружиться, и пространство искажается. 
Подробнее

Трио, дуэт, соло

Этой ночью, в глухой предрассветный час, когда тени от фонарей черны, как сапожная вакса, Ян праздновал маленькую победу. Ему удалось открутить время назад — ни много ни мало, на сорок пять минут. Заоконный ветер покуражился и стих, а мутное небо к утру, очистившись, засияло. Сквозь  ветви тополя остро блестели звезды, и на щеках Марайки дрожали маленькие круглые тени, прозрачные, как слезы.
Подробнее

Люди среди нас

Солнце таяло, как ломтик масла на блестящей синей тарелке. Золотилась тонкая каемочка, и крупными молочными каплями дрожали на ветру облака. Тарелка стояла косо, и масляная лужица натекла за горизонт — за шиворот миру.
Эрик взглянул на часы и подумал, что надо собираться домой. Приготовить ужин для отца, а перед этим, по дороге, заскочить в магазин. Нудные, однообразные дела — теперь они плотно заполняли его время.
Подробнее

Эд великий

Эд Зоммерфельд не хватал с неба звезд, а если уж совсем честно, он был неудачником. В школе учился так себе, и после не преуспел. Работал на автозаправке за гроши. Женился на такой же нищей, как он сам, да и та сбежала через два года.
Зато с детских лет он строил города из спичек. Возводил дворцы и фонтаны, улицы, парки и светофоры, и трамваи, кинотеатры, паркхаузы и бассейны, приземистые будки и стройные многоэтажки. Началось все с крохотных неловких домиков — чуть больше спичечного коробка — которые Эд, тогда еще школьник, собирал в углу письменного стола.
Подробнее

На желтый свет окончание

Пошарив за пазухой, Бруно извлек на свет две мятые бумажки. Последнее, что оставалось от стипендии за февраль.
«Цыганка» кивнула, опуская деньги в карман, и похлопала по скамейке ладонью: присаживайся, мол, студент. Выкладывай, что на душе.
- Со мной что-то странное происходит, - начал он. - Живу и в то же самое время как будто и не живу. И себя не чувствую, и мир вокруг словно какой-то чужой. Иногда кажется, будто меня в нем нет. Как будто мы отдельно друг от друга — я и мир.
- Верно, - эхом откликнулась «цыганка», - живешь и в то же время не живешь. Все именно так и есть.
Подробнее



Наперсник

Мы с детства жили с ним душа в душу, были, что называется, не разлей вода. Он подсказывал мне, куда пойти, что говорить, о чём умолчать, где соврать - чтобы не омрачать существование ни себе, ни людям. Запреты казались смешными, правила – ненужными. Мы сами устанавливали порядки, где бы ни появлялись. Жизнь безостановочно летела каруселью, играла авантюрными сюжетами, переливалась солнечными красками, пенилась наслаждениями. Мы были одержимы бездумным весельем, разбавленным лёгким, сладким адреналином.
Подробнее

На желтый свет

Не везло Бруно в жизни. Вроде и не ленив парень, и не глуп, а только ничего у бедолаги, ну, просто совсем ничего, не получалось. За что бы ни взялся, все кончалось личным эпик фейлом. Жук просто стал последней каплей. Блестящий и круглый, похожий на таракана, он выполз на середину кухни и застыл, шевеля усами, над ломтиком чего-то непонятного, бурого. Яблока, а может, и черного хлеба. Мало ли что упало со стола.
Подробнее

Развоплощение

У Эммы вместо сердца звезда. Она пульсирует, и когда сжимается, весь мир делается Эмме велик, точно его растянули не по размеру, и одежда висит на ней, как на вешалке. Стулья громоздятся на пути, большие и нелепые, и шкафы горными вершинами устремляются ввысь. Она метет пол — и соринки летят ей в глаза. Хочет вымыть посуду, но не дотягивается до раковины. Такой крохотной она себя чувствует, что едва забирается на кровать и лежит носом в подушку.

Подробнее



Одиночество в лесу

- Пьяных не вожу, - насупился таксист. - Заблюет мне машину твоя девица, отчищай потом. Оно мне надо?
Девушка стояла, цепляясь за руку Марка и пошатываясь, как тростинка, колеблемая ветром. Короткая юбчонка из бордовой кожи, черная маечка, поверх которой накинута легкая куртка с завернутыми по локоть рукавами, красные дреды. На шее серебряная цепочка с простым кулоном — раскрытая ладонь с мутным фиолетовым камнем посередине. 
Подробнее

Скоро мы все превратимся в плюшевых мишек

У куклы были длинные нейлоновые ресницы, каштановые локоны и бледные фарфоровые щеки. Я смотрел, как Клара ее одевает. Блузка с рукавами-фонариками, черные брючки в обтяжку, яркий вязаный жакет и туфли-лодочки из светлой кожи. Зачем кукле модные туфли?
  Марайка любила красивые вещи. Мы часто выбирали их вместе, вернее, она выбирала, а я молча любовался ею, пока она крутилась перед зеркалами, оглядывая себя со всех сторон и примеряя то одно, то другое. Ей все шло. Любое, даже самое мудреное платье, она укрощала одним щелчком пальцев, точно амазонка норовистую лошадь.
Подробнее
HTML5